События
Выживать трудней, чем на войне
Ветеран боевых действий в Чечне и его мать объявили в Омске предупредительную голодовку с требованием обеспечить его положенным по закону жильем
Павел и Елизавета Рудольф фото автора

Елизавета Рудольф и ее сын Павел, участник боевых действий в Чечне объявили 12 сентября трехдневную предупредительную голодовку. Об этом они уведомили администрацию города Омска и прокуратуру области.

Голодающие требуют предоставления Павлу жилья, обещанного ему еще 20 лет назад, когда он вернулся из армии, где последние полгода службы провел на Второй Чеченской войне, участвовал, в частности, в боях в Аргунском ущелье.

Как рассказал он "Новой", в марте 2001 года администрация Центрального округа определила его в льготную очередь нуждающихся в улучшении жилищных условий. В ее письме, датированным 7 июля 2004, сообщалось, что в списке очередников его номер 13-й. Очередь продвигалась быстро, но почему-то в отрицательных числах - все дальше от ожидаемого жилья: в ответе зампредседателя Облправительства от 11 декабря 2017 сказано, что "ветеран бевых действий на Северном Кавказе П.Ф. Рудольф" значится в двух очередях - льготной под номером 4683, и в "общей" - под пятизначным, хотя, полагает Елизавета Степановна, между этими номерами нет разницы: "Это очереди навсегда".

Все прошедшие с возвращения сына из армии 20 лет проживали они, говорит она, в условиях нечеловеческих (к примеру, в подвале общежития, где регулярно заливало их прорваной канализацией, скитались время от времени по чужим углам...).

В 2010 Павел женился и перебрался в барак, где обитали его супруга и ее мама. Там родились сначала мальчик, через год девочка: вчетвером переехали на село - в половину дома, купленную на материнский капитал, с печным отоплением и всеми "удобствами" во дворе. Работы в сельской местности не было, и жить стало семье совсем не на что: из-за всех этих неурядиц она распалась, Павел вернулся в подвал, где проживал до женитьбы с мамой.

Два года назад Центр содержания и хранения имущества администрации Омска решил этот подвал продать: Елизавете и ее сыну предложили переселиться в многоквартирный дом на окраине города (проспект Королева).

Это было, рассказывает она, нежилое помещение, где раньше располагались лифтерная и слесарка.

- Стены черные и коричневые, все в плесени, даже мох на них рос, окна разбиты. Привели все с сыном в более-менее божеский вид: отскребли, помыли, отремолнтировали, постелили ДВП, покрасили пол, побелили стены, потолок на четыре раза, заменили в ванной краны, смесители, потому что сантехника не работала, все делали за свой счет - от мэрии не было никакой помощи, в компенсации затрат на ремонт департамент имущества нам отказал.

Квартиру на Королева горадминистрация им дала на условиях коммерческого найма. Квартплата согласно договору - 8170 рублей в месяц плюс 4300 руб. за коммунальные услуги.

Пенсия у Елизаветы Рудольф - 13500 (11300 по возрасту и доплата 2200 за инвалидность: она - инвалид третьей группы). Павел работает дворником с зарплатой 9 тысяч рублей, 33% из них высчитываются на алименты. И около 3 тысяч рублей получает, как участник боевых действий. Итого их семейный доход - без малого 22500, а квартрплата - 12500, оставалось на жизнь 10 тысяч в месяц.

- Первые полгода все платили по договору, а потом - говорит Елизавета Степановна - сколько могли. На двоих нам 10 тысяч, может быть, и хватило бы, но детей ведь тоже надо кормить: они часто приезжают к нам, живут здесь неделями: вот рисунки их на стене. Никите сейчас 10 лет, Ане - 9. Паша ранцы купил им к 1 сентября, школьны принадлежности. У их мамы и бабушки с той стороны тоже тяжелое материальное положение... Так долги за полтора года и накопились.

Департамент жилищной политики подал иск о взыскании с них недоплаты за коммерческий найм. Первомайский райсуд 28 июля заочно вынес решение о том, что им следует заплатить в сумме с пенями 156 тыс. рублей, отклонив 4 сентября апелляцию.

Таких денег, говорят они, у них не было никогда, кроме сертификата на материнский капитал. Обращались они со своей бедой в разные инстанции: накопились кубометры бумаг, Елизавета Рудольф хранит переписку с чиновниками в четырех коробках. Интересный ответ пришел из облпрокуратуры в 2012 году: в нем сказано, что удостоверение "Ветерана боевых действий", имеющееся у Павла (и медаль с таким же названием) приравнивает его к ветеранам Великой Отечетсвенной войны.

Пробовали и протестовать: Елизавета участвовала в митингах, вставала в пикеты, но омские власти не обращали на них внимания. Теперь решились на голодовку. "Нам уже нечего терять: придется голодать так и так".

На адвокатов средств у них, естественно, нет - доверенность на представление их интересов в органах власти они дали правозащитнице Алме Бухарбаевой, матери погибшего солдата (о страшной гибели ее сына Марата "Новая" писала не раз). Она состоит в Омском комитете по правам человека, где защищает, и довольно успешно, права военнослужащих и их семей.

- Голодать с ними я не могу, - говорит Алма - потому что у меня диабет. Но если власти не отреагируют на эту акцию, то комитет ее, думаю, поддержит: найдутся люди, которые присоединятся к ней.

У голодающих два требования: к омской мэрии - предоставить Павлу положенное ему по закону жилье, и к облпрокуратруе - обжаловать с целью отмены решение Первомайского райсуда, которая ставит семью Рудольф за грань выживания.


поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет