События
Приговоренные инвалиды
Направление главного удара омской службы госбезопасности – Центр реабилитации детей с тяжелыми патологиями и взрослых, больных рассеянным склерозом

Накрытые тенью

Второй год идут в Омске судебные разбирательства по уголовным делам двух руководителей, чьи имена известны большинству местных жителей – главврача Центра Реабилитации «Рассвет» Нателы Полежаевой (бывшей снохи бывшего губернатора), и главного в регионе судебного пристава, с недавних пор тоже бывшего, Владимира Витрука. Оба оказались под тремя статьями УК, и, хотя все они – разные, эти дела и по природе их, и по фабуле друг с другом перекликаются.

Примечательны они и тем, что за всеми ними стоит тень, вполне видимая, «серого дома» - здания на ул. Ленина, 2, где располагается областное управление ФСБ.

Витрука судят, в частности, за «превышение должностных полномочий» (ч.3, ст. 286 УК), которое заключалось в «бездействии по взысканию задолженностей» с ЦР «Рассвет». Чем угрожал государственной безопасности Центр, созданный для реабилитации детей с тяжелыми патологиями (где проходили ее и больше тысячи взрослых, больных рассеянным склерозом), неясно, но проявляло к нему это ведомство в течение последних трех лет неослабевающий интерес: можно даже сказать, что «Рассвет» стал одной из его стратегических целей.

Об этом Центре, где по эксклюзивным методикам занимались дети (дэцпэшники, аутисты, страдающие болезнью Дауна), которых государственная медицина признала «неперспективными», «Новая» писала не раз.

С момента его открытия, в 2014, перебывали здесь многие випы– вице-премьер Ольга Голодец, министр Вероника Скворцова, сенатор Елена Мизулина, губернатор Виктор Назаров, депутаты Ирина Роднина, Олег Денисенко, режиссер Карен Шахназаров и др. Всем понравились тренажеры, лечебные ванны, костюмы «Атлант» - изобретение профессора Валиды Исановой. Все были удивлены результатами: парализованные начинают ходить, молчавшие обретают дар речи, «безнадежные» дети поступают учиться не в коррекционные школы, а в обычные…

Наталья Полежаева и две Ирины

В один момент отношение омских властей к «Рассвету» резко переменилось. Этот момент совпал с отделением его директора от главной омской семьи: вместе с Нателой Полежаевой попал в опалу и Центр Реабилитации. Расторгли с ним договоры одновременно все областные министерства, начиная со здравоохранения. С 2017 года в три раза сократилось, а с 2018 полностью прекратилось финансирование по программе обязательного медстрахования – инвалидов лишили права проходить реабилитацию по страховому полису там, где они хотят. Факт дискриминации «Рассвета» и его пациентов признало УФАС: решение антимонополистов проигнорировано облправительством.

Натела Полежаева и Карен Шахназаров

В то же время на Реабилитационный центр посыпались иски от юридических лиц, в частности, компании «Экофарм», замеченной в махинациях с бесплатными лекарствами (расследование омского штаба Навального).

Руководитель службы судебных приставов не то, чтобы РЦ «Рассвет» покровительствовал, но взыскивать эти задолженности слишком не торопился, согласовав с Нателой Полежаевой график их погашения, исполнявшийся неукоснительно.

Натела Полежаева с министром здравоохранения РФ Вероникой Скворцовой

Но бдительные спецслужбы скорость их взыскания не устраивала – в июне 2018 замначальника УФСБ по Омской области полковник Богданов обратился в областной суд с ходатайством (см. документ), где пожаловался на «действия (бездействия) неустановленных должностных лиц по невзысканию денежных средств и иного имущества с должников» - Реабилитационного Центра и Театрального Омского Проекта («Новая» рассказывала, что в «Рассвете» был свой театр, спектакли которого посещали бесплатно инвалиды, актеры проводили с ним занятия по методике «школы Бороздина»: особенные дети участвовали в постановках. Побудила Нателу Полежаеву к созданию ТОП-театра ее дочь Ирина, тоже особенный ребенок).

Ходатайство УФСБ в облсуд

Вскоре «неустановленное лицо» (оно оказалось одно) было установлено – дома и в кабинете Владимира Витрука прошли обыски. В тот же день судебные приставы явились на дом к Полежаевой, где она, как выяснилось, не прописана (принадлежит жилье ее бывшему супругу), а также в квартиру, где проживает ее престарелая мать: и там, и там отключили свет. Директора «Рассвета», ее дочь – инвалида и мать-ветерана труда весь день продержали под «домашним арестом».

То, что действовали судебные приставы по указанию спецслужбистов, подтверждает справка УФССП – о том, что «материалы исполнительных производств в отношении должника Полежаевой Н.О. изъяты УФСБ России по Омской области» (см. документ). Речь в них шла не об организации, а о долгах частного лица, составлявших на тот момент 2 млн. рублей. Какое имели они отношение к безопасности государства, трудно сказать.

Справка УФССП

Как установили компетентные органы, в марте 2018 года Витрук дал указание подчиненным не арестовывать имущество ЦР «Рассвет», в отношении которого был возбужден ряд исполнительных производств, чем «воспрепятствовал исполнению судебных решений на 12 млн. рублей».

4 декабря 2018 машину директора «Рассвета» остановили пятеро неизвестных в черном камуфляже, настойчиво предлагавших поехать с ними все в то же здание – на ул. Ленина, 2 (хотя, как выяснилось, сами числились не там, а в службе судебных приставов). Она отказалась, позвонила правозащитникам, и поехала вместе с ними, как ей было приказано, в отделение УФССП. Там сопровождающих отсекли, а ее в их присутствии потащили на допрос. Этот эпизод, выложенный на YouTube, видела вся страна (2 миллиона просмотров): как экс-сноха бывшего губернатора одетая не по сезону в сорокаградусный мороз бороздит каблуками лед, сопротивляясь приставам, выволокшим ее из автомобиля.

То, что было, по мнению приставов «принудительным приводом», правозащитники квалифицировали, как похищение человека – женщины, матери с применением насилия, поскольку для «принуждения» не было никаких оснований: на все просьбы приставов откликалась она оперативно и доброжелательно, что подтвердили в суде они сами, повестку, по которой она «не явилась к дознавателю», как оказалось, ей никто не передавал.

И опять – совпадение дат: за четыре дня до этого происшествия был заключен под стражу Владимир Витрук, после чего УФССП по факту стало подразделением ведомства с обманчиво схожей аббревиатурой и несоизмеримого с ним по могуществу.

Не те мотивы

Обнаружить прямую корысть в «покровительстве» «Рассвету» главного судебного пристава следователям не удалось. Нашли «косвенную». В обвинительном заключении, зачитанном в райсуде прокурором Мариной Денищенко, она обозначена так: Витрук делал послабления Реабилитационному Центру «с целью формирования положительного мнения о себе и повышения авторитета в глазах Полежаевой».

Во фразе – какая-то недосказанность: то ли намек на романтические отношения (о которых не знает никто, кроме прокурора), то ли на то, что Витрук испытывает тайную симпатию к оппозиции - повысить свой статус в органах власти, «выслуживаясь» перед директором РЦ «Рассвет», он не мог: все эти органы, включая силовиков, ее к тому времени не жаловали, она даже подозревалась в «финансировании терроризма» (после того, как в «Рассвете» прошла встреча омских навальновцев с Леонидом Волковым). В любом случае все это – только догадки обвинения: показаний о глазах Нателы Полежаевой и о том, как он в них отражается, глава судебных приставов не давал.

Хотя благородное рыцарство в действиях Витрука присутствовало наверняка, но этот мотив прямо противоположен корысти. Он в прошлом – боевой офицер, прошел много горячих точек. Человек чести (так охарактеризовали его многие комментаторы на форумах и в соцсетях, выражая возмущение его уголовным преследованием – в частности, глава чеченской общины в Омской области Альви Джабраилов). Он знал о ситуации в «Рассвете», о том, насколько влиятельны рейдеры, прибирающие его к рукам (интересуют их, понятно, не инвалиды, а парковая зона площадью 8 га на берегу Иртыша и стоящие на ней здания). При всей их «крутости» он не мог брать перед ними под козырек. Сдерживало его и сострадание инвалидам: как человеку многое повидавшему, тема их реабилитации ему близка и понятна, соучаствовать в «спецоперации» по ликвидации Центра Реабилитации он не желал. Такой просматривается мотив в действиях главного судебного пристава.

Владимир Витрук

Обвинение его в «покровительстве» Полежаевой подкреплено двумя сопутствующими делами, заведенными также по инициативе службы госбезопасности. Одно - получение взятки в размере 300 тысяч рублей за «высвобождение из-под ареста» автомобиля должника» (ч. 5. ст. 290 УК): по версии следствия, передал ее обвиняемому посредник. Дело построено на словах этого молодого человека и взяткодателя (которого что-то побудило явиться с повинной через полгода после события: он до сих пор еще не допрошен судом). Посредник говорит, что последний вручил ему конверт, объяснив , что нужно его «передать Владимиру Александровичу». Что там было в конверте, ему неизвестно (не исключено, что не было ничего): он его не открывал, в руки его Витруку не давал, а положил на стол в его кабинете – так, что тот, может быть, и не заметил. Момент «передачи взятки» в материалах дела не зафиксирован – этих денег никто не видел.

Еще одно обвинение – принятие на работу троих спортсменов, которые в разное время – в совокупности около трех лет участвовали в разных ведомственных состязаниях, проводимых в УФССП постоянно, при этом в табели им проставлялись отработанные дни (в советские времена таких называли «подснежниками»). Зарплата их составляла в среднем у каждого 20 тысяч рублей. Следствие считает, что обвиняемый делал это из «карьеристских соображений», чтобы возглавляемая им служба была в корпоративных сводках на хорошем счету. Но как нам стало известно из достоверных источников, двоих из троих атлетов принял на работу не он, а его предшественник на этой должности: Витрук виноват только в том, что их не уволил.

Как заявила СМИ прокурор, грозит ему 12 лет лишения свободы.

Корень зла

Заявление о рейдерском захвате «Рассвета» Натела Полежаева подавала в УМВД по Омской области два с половиной года назад. Оно пролежало без движения до того, пока с ним не ознакомилась Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова, которая прибыла в Омск в июле прошлого года, когда 17 жителей региона объявили в «Рассвете» бессрочную голодовку. Среди требований ее участников: вернуть пациентам ЦР право на реабилитацию и привлечь ликвидаторов Центра к уголовной ответственности.

После приезда главного российского омбудсмена началось вялотекущее расследование. За минувший год правоохранители произвели по делу о рейдерстве три следственных действия: дважды допросило заявительницу СУ СКР (допросы длились по 4 часа) и один раз ОБЭП. Натела Полежаева рассказала, кто, по ее сведениям, заказал возбужденные против нее уголовные дела и в какую ориентировочно сумму они обошлись заказчику (как сообщил ей ее бывший супруг, ссылаясь на достоверный источник информации, на одно из них генералу госбезопасности пришлось потратить 3 млн. рублей).

В отношении главврача «Рассвета» было заведено три уголовных дела – о «невыплате заработной платы» (ч. 3 ст. 315 УК), «злостном неисполнении решения суда» (ч.2 ст. 145.1 УК) и «уклонении от уплаты налогов» (ст. 199 УК).

Этими делами следствие занималось с гораздо большим энтузиазмом, чем делом о рейдерском захвате. Прокуроры и судьи тоже проявили к ним повышенный интерес. Например, дело о налогах Советский райсуд посчитал настолько «государственно важным», что провел предварительное заседание по нему 21 апреля – в период объявленной президентом и губернатором самоизоляции.

Натела Полежаева с дочерью Ириной

Это дело, по мнению адвоката Ольги Якушевой, как и два других, основано на фальсификациях. К примеру, подписи Полежаевой на некоторых документах подделаны, что подтвердил эксперт, назначенный самим следствием (независимую экспертизу оно не позволило провести, но подделка настолько очевидна, что пришлось ее признать и «зависимой»).В одном из писем, написанных от ее имени, она благодарит турецкую фирму за то, что та «своевременно рассчиталась за медобслуживание и проживание ее сотрудников» (более 400 человек, работающих по контракту на «ОНПЗ-Газпромнефть»), перечислив деньги на дочернее юрлицо «Рассвета», из чего в обвинительном заключении сделан вывод об «уклонении от налогообложения».

– Это довольно странная «благодарность» - говорит адвокат – на самом деле турецкая компания «Гемонт», расторгнувшая по настоянию руководства нефтезавода с «Рассветом» год назад договор, осталась должна ему 3 миллиона 600 тысяч рублей, и задолженность до сих пор не погашена. Омским правоохранителям до этого дела нет: они, как ни странно, покровительствуют иностранной фирме.

Подделана подпись главврача «Рассвета», как установил независимый эксперт, и в деле о «неисполнении судебного решения»: кто-то за нее расписался в «предупреждении УФССП», на котором и зиждется это дело.

В деле о «невыплате заработной платы» подделок, по словам адвоката, тоже более чем достаточно. В течение пяти часов перечисляла она их в прениях на заседании Первомайского райсуда, который 29 июня с.г. вынес решение по апелляции на приговор суда первой инстанции, назначивший Нателе Полежаевой штраф в размере 350 тыс. рублей. Заседание состоялось, хотя заявительница просила его отложить, приложив к ходатайству больничный лист. К тому же «режим повышенной готовности» в Омской области продлен до 21 июля с.г., и даже по официальным сводкам коронавирусное «плато» не просматривается на горизонте. Но не мог судья отложить заседание, потому что 30 июня с.г. истекал в этом деле срок давности.

фото санаторий "Рассвет"

Апелляционную жалобу суд оставил без удовлетворения. Вот краткий перечень доводов защиты, отвергнутых судьей Першикевичем: заявления от «потерпевших» были поданы в СУ СК без их ведома, многие в судебном заседании отказались себя таковыми признать, подавляющее большинство не смогли назвать суммы «задолженностей», рассказали, что помимо перечислений на карточку получали зарплату и в кассе, чего следствие и суд не учли. Экспертиза проводилась по так называемым «расчетным листкам» - документам неизвестного происхождения без подписей и печатей, которые сама же эксперт, назначенная Следственным управлением (экспертное бюро – одно из его подразделений) назвала в зале суда «кучкой мусора», согласившись с необходимостью проведения повторной экспертизы, однако обе судебные инстанции в ходатайстве о ее назначении отказали. Подписи понятых в протоколе осмотра жестких дисков подделаны, что признала одна из них, а вторую не удалось разыскать: в протоколе указан мифический адрес…

Неразборчивость следствия гособвинитель, отождествляя себя с ним, дословно объяснил так: «Надо же было нам добыть хоть какие-то доказательства».

А областное правительство не потрудилось объяснить, почему оно отклонило предложение руководителя ЦР «Рассвет» предоставить его пустующие помещения под обсерватор, где можно было бы разместить более полутора тысяч омичей, инфицированных коронавирусом. Этому не может быть объяснения, потому что около двух недель назад министр здравоохранения области Ирина Солдатова официально призналась в дефиците коечного фонда для госпитализации больных covid-19.

Опальные инвалиды

В защиту главврача «Рассвета» выступили в судах обеих инстанций инвалиды и их родители. Как следовало из их показаний, на скамье подсудимых должна быть не Полежаева, а областная власть (некоторые так и сказали), лишившая их права на реабилитацию. Например, «склерозникам» было предложено проходить ее в областной клинической больнице, но от пребывания там толку ноль – сидят по домам, состояние их ухудшается. Никому не нужными оказались и сотни особенных детей (сейчас в «Рассвете» проходят занятия при отключенном электричестве только с группой аутистов). Мамы давали показания со слезами на глазах: они искали замену этому Центру по всей стране - ее нет.

Макс Филиппов в суде

Решение Первомайского райсуда будет обжаловано в кассации. От того, чем завершится эта судебная эпопея, будет зависеть судьба тысяч омичей – взрослых и маленьких, которые признаны государственной медициной «неперспективными».

поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет